Художник Радик Мусин разрешил уфимцам уничтожить его картины. Зачем?

29 октября 2021
Каждый художник надеется, что зритель сам решит, каким смыслом наделить его работы.

«Наскальники» Радика Мусина успели проделать огромный путь. Художник из Бураево вдохновился башкирской культурой, и во время карантина перенёс образы из своей головы на стены заброшенного завода. Позже «Наскальники» появились на стенах «заброшек» в Уфе, Стерлитамаке, Мелеузе, селе Вострецово и деревне Каралачик.

Радик Мусин, художник, автор выставки «Наскальники»: «Заброшки — это своего рода пещеры, где раньше обитали люди. Можно прийти туда, избежать вандализма и вписать туда свои какие-то композиции».

Путешествие наскальников завершается в уфимской галерее X-MAX. Возле самого входа мы видим одну из работ: бетонная плита разбита на куски. Одна эта деталь уже задаёт тон финала выставки. Время созидания прошло — настало время разрушения.

Радик Мусин, художник, автор выставки «Наскальники»: «История заканчивается сегодня: мы уничтожим все эти наскальники, которые здесь на стене, и освободим место для будущих художников, будущих экспозиций».

Сам художник признаётся, что не хочет наделять свои работы каким-то дополнительным смыслом. Самое главное в искусстве — это возможность собственной трактовки изображения.

 

Радик Мусин, художник, автор выставки «Наскальники»: «Я не любитель наделять смыслами вещи — для меня это забава и какая-то история. Мне сказали: давай сделаем выставку из этого всего. Максим это видит, как будто галерея — это маленькая пещера, где есть наскальная живопись».

 

Также Радик рассказал нам, что не задумывается о будущем творчества. Но его товарищ и руководитель галереи, Максим Холодилин, считает, что художник немного лукавит, когда говорит об этом и о потаённом смысле своих работ.

Максим Холодилин, художник, руководитель галереи X-MAX: «Радик — удивительный чувак, он придумал уже третий графический язык, он до этого ещё два придумал. То, что сейчас получилось — было так брутально и созвучно моим настроениям. Я предложил сделать этот проект, развить его. Язык звучит, он архаичен чуть-чуть и перекликается с этой темой наскальников. Это было нам важно в наших условиях башкирских: потому что когда наскальная живопись воспринимается у нас и в любой другой точке мира — это по-разному. Потому что у нас есть Шульган-таш, а у них нет».

  

Кроме того, для Радика искусство — это момент. И это в сочетании с идеей «Наскальников» наталкивает на мысль о недолговечности и мимолётности творчества и человеческой жизни, о том, что со времён наскальных рисунков до сегодняшнего дня люди не слишком-то изменились.

Максим Холодилин, художник, руководитель галереи X-MAX: «Поскольку есть большая вероятность, что через пару лет мы с вами друг друга дубинами начнем убивать, понимаете, да? И о какой-то там культуре, там, о художниках речи особенно не будет, то есть, на самом деле, времена такие — если не апокалиптические, то предапокалиптические. И мы живём очень сегодня, у нас очень трудно думать. Вот прямо сейчас есть этот проект, и мы в нём живём, мы сейчас его завершаем, и я ничего другого из этого дня не хочу выносить».

 

Самое главное — это то, что выставка «Наскальники» не перестаёт быть произведением искусства до самого конца. Даже её уничтожение превращается в перформанс с участием зрителей.