Почему в уфимских лесах стоят дома? Рассказываем про самые странные из них

Сколько в Уфе островков жизни, о которых никто не в курсе, а узнать о них ещё сложнее? Несколько дней я потратил на то, чтобы найти дома, а также их жителей, которые, будучи горожанами, живут на отшибе. Первое такое место искать долго не пришлось. Участок с несколькими домами стоит посреди леса в географическом центре города.

Егор Полтарыхин, корреспондент: «В большом лесном массиве, который мы называем парком Лесоводов, большинство троп уже исхожены. Но если пойти по одной, которая тянется от вольерного хозяйства, можно наткнуться на дом посреди леса. Я случайно нашёл его на карте города. И мне стало интересно, кто может жить посреди леса, недалеко от Сутолоки».

На лай собаки вышла хозяйка дома. Представляться она не стала. Да и говорить с нами долго не стала. Лишь уточнила, что давно пытается продать дом. Судя по публичной кадастровой карте, площадь участка 3 тысячи квадратных метров. А кадастровая стоимость доходит до 19 миллионов рублей. На участке два дома — большой и маленький. Вместе с ними всего около десяти хозпостроек – сараи, вольеры для живности, дровники, туалеты.

- Мы видели, что дома здесь продаются. Здесь же номер одно время висел.

- Это мы продаём. Он продаётся. Просто время ещё не пришло.

Вот что нам удалось узнать на одном из сайтов с объявлениями об участке. Его площадь – 30 соток. Первый дом был построен там в 1975 году. Второй — в 98-м. Особый упор делается на одном из «преимуществ» локации – она подходит для строительства многоэтажного дома. Цена – 29 миллионов 200 тысяч.

- Здравствуйте, мы по поводу объявления о продаже дома посреди парка Лесоводов.

- А вы где его нашли? Мы в рекламе не даём. У них отпала надобность. Нужно перепроверять информацию. Там вроде город забирает и расселяет их. Городу нужна земля для парка, а им что-то предоставляют взамен.

Так, по звонку в риэлторское агентство, мы узнали о судьбе участка в парке Лесоводов. Но в городской администрации эту информацию нам не подтвердили. А что с другими подобными строениями? Вот ещё несколько таких. От основного массива дачных участков, у которых нет даже номеров на карте, эти дома отрезаны большой стройкой за Мегой и ЖК «Цветы Башкирии». К ним я выдвинулся рано утром.

Егор Полтарыхин, корреспондент: «Вот эта стройка перекрыла кратчайшую дорогу, которая вела к домам на отшибе. Но если верить спутниковым картам, к ним можно пройти в обход, по более длинной дороге. И если снимки не устарели, по этой дороге я и попытаюсь пройти».

Егор Полтарыхин, корреспондент: «С этой стороны лес. А там сплошные заросли. Но, судя по картам, я как раз на той самой дороге. Она напрямую выходит к нужным участкам. Поэтому я пойду дальше».

Два небольших домика, которые я нашёл на карте, оказались, судя по всему, дачными. И хозяев на месте я так и не встретил. Оказалось, что они связаны дорогой с посёлком рядом. Но очень плохой. На кадастровой карте только один из двух домов имеет размежеванный участок – он имеет частную форму собственности и построен в 1976 году. Чтобы не портить уединенную идиллию хозяевам, не стану указывать координаты. Тем более, что на карте я нашёл реальный дом посреди леса, почти на берегу Белой.

На этот раз полагаться на онлайн-карты не пришлось — в районе ГДК связь пропадает начисто. Я лишь запомнил, что к домам на берегу Белой ведёт пешая тропа. Нашёл я их быстро. Но путь до них оказался самым сложным — тропа завела меня в лес.

Егор Полтарыхин, корреспондент: «Тут очень крутой спуск. Слева от меня крутейший обрыв. Если туда навернуться, то без посторонней помощи уже не выберешься. Было бы ещё за что держаться. Деревья на склоне встречаются редко, а обувь постоянно скользит. Но мы идём дальше».

Скоро я вышел к берегу Белой. Там встретил рыбака, который рассказал, что если пойти дальше, можно подняться к тем самым домам по единственному пути, ведь со всех сторон они обнесены высоким забором.

Егор Полтарыхин, корреспондент: «Сейчас будем подниматься наверх. И надеяться на то, что нас не загрызёт сторожевая собака, а встретит с тёплым приёмом охранник, который расскажет нам, что это за место».

Охранника, о котором говорил рыбак, я не встретил. Как и собаку — только её будку. Но следы присутствия людей всё же были. На веранде одного дома горел светильник, а на влажной земле были видны свежие следы шин автомобиля. Два дома выглядели законсервированными. А другие оказались либо заброшенными, либо полностью разрушенными. Синяя табличка на одном из них указала и принадлежность строений – они относятся к детской спортивной школе. Людей я не встретил и здесь.

Я специально не стал подробно рассказывать о местоположении мест, которые посетил. И тем более указывать их на карте. Тогда для чего я всё это рассказал? Напомнить — даже в центре большого города остаются уголки, где жизнь идёт по своим правилам. Где дом стоит в чаще, а дорога к нему — это тропа, которую знают только местные.