Шоколад в блокаду и пленные башкиры на службе у Гитлера. В Уфе историки вновь говорили о войне

17 марта в 20:51
В столице Башкирии за круглый стол сели историки со всей страны.

Лето 41-го года. Немецкие войска рвутся к Москве. По разным причинам в плен попадают десятки тысяч советских солдат. Из пленных красноармейцев, призванных с Урала и Поволжья, Вермахт создает легион «Идель-Урал». В его рядах оказались и жители Башкирии. Об этой странице истории вспомнили на круглом столе, прошедшем в Уфе.

 

Рамиль Рахимов, кандидат исторических наук: «Это были вчерашние деревенские парни, которые две недели держали в руках винтовку. Никаких представлений о политической работе, о русском языке, о пропаганде они не имели».

 

Расчеты идеологов Третьего Рейха не оправдались. Направленные на первую боевую операцию солдаты легиона подняли восстание, перестреляли немцев и перешли на сторону партизан. Однако история помнит не только героические, но и позорные страницы. Одна из них — питание номенклатуры в блокадном Ленинграде.

 

Приближенные к председателю Верховного Совета Андрею Жданову вспоминают о роскошных обедах в Смольном. В стационаре горкома партии кормили также неплохо. В дневнике Николай Рибковский вспоминает свой обед - баранина, ветчина, сыры, какао. Историки же считают, что разнообразное питание Жданова — миф.

 

Михаил Ходяков, профессор СПбГУ: «Шоколад производился, шоколадные конфеты производились, конфеты с черносливом в шоколаде производились. Но для Смольного, чтобы Жданов больной их поедал. Шоколад входил в состав красноармейских пайков — летчиков, подводников».

 

В годы войны на восток страны были отправлены в эвакуацию более десяти миллионов человек. Башкирия приняла более двухсот тысяч. Многие из них имели свои стереотипы об этом крае.

 

Марина Потемкина, доктор исторических наук: «Урал — это дикие леса, почти нет городов, снег выше человеческого роста круглогодично. Люди злые, хмурые, нелюдимые, некультурные и дремучие».

 

Каждый год в России с миллионов документов снимают гриф «секретно». При этом 90% архивов до сих пор остаются закрытыми для широкой публики. Даже получив доступ к записям, вы узнаете не все.

 

Марина Потемкина, доктор исторических наук: «Дела давали так — сначала работник архива рассматривал это дело, скрепками закрывали отдельные страницы, потом меня вели в отдельное помещение — когда я работала, он сидел рядом. Но хотя бы дали».

 

Меньше всего рассекречивают документы, которые касаются деятельности партизан. Сами историки выступают за то, чтобы жители страны смогли ознакомиться со всеми зверствами фашистов. Однако о работе чекистов во время войны по традиции предпочитают умалчивать.